cossack_circle (cossack_circle) wrote,
cossack_circle
cossack_circle

Categories:

День памяти жертв политических репрессий

Казачьего рода-племени
Юрий Белоножкин.
Всякий раз, когда слышу в исполнении казаков строки из печальной песни «Не для меня придет весна; Не для меня Дон разольется…», мысленно связываю эту грустную мелодию со скорбными и страшными событиями для всего российского казачества, которые грянули ровно сто лет назад. 24 января 1919 года Оргбюро ЦК рабоче-крестьянской партии большевиков выпустило циркулярную инструкцию за подписью председателя ВЦИК Якова Свердлова. Она вошла в историю как «директива о расказачивании». Документ, одобренный самим Иосифом Сталиным, предписывал начать «беспощадную борьбу» с верхами казачества и отвергал возможность какого-либо компромисса и половинчатости.
Трагическая история расказачивания отдается болью в сердце, но сознаешь, что былой станичной жизни уже не вернешь. Чтобы не стерлось из памяти моих потомков все случившееся с российским казачеством, я записал историю своего казачьего рода-племени.

Престарелые казачки
Мое детство, до переезда в Котово, прошло в двух казачьих хуторах: Нижние Коробки и Верхние Коробки. В первом жил вместе с родителями, а во второй меня нередко возили к родне, моей бабушке.
В хуторе Н.Коробки неподалеку от нас жили в начале пятидесятых годов прошлого столетия в старом обшарпанном доме, покрытом соломой, три старушки. Мальцом я любил с родителями ходить к ним в гости. Самая старенькая из них всегда угощала меня, то тыквенных семечек в карман насыплет, то сушеного терна, но больше всего я любил пить у них взвар.
А еще я любил бывать во второй половине старушечьего дома, не жилой. Там старушки хранили всякую сушку, гроздья калины висели по стенам вперемешку со старой паутиной. Здесь же находились и бытовые вещи из прошлой жизни казаков: и утюги тяжеленные на углях, и потрескавшиеся от времени бруски для глажки белья, а уж прялок было не счесть. «Тут, если покопаться, - рассказывал мой отец, - можно найти вещицу - ровесницу самому поэту Пушкину». У казаков ничего не выбрасывается прочь, даже разбитые глиняные кувшины и те висят на плетне у двора. Вторую половину дома старух-казачек мы между собой прозвали «музеем». Кем они мне доводились по родословной, эти старушки, я тогда не знал, а жаль, когда повзрослел, понял.
Родители рассказывали: самая старенькая из всех троих была моей прапрабабушкой. Она меня младенцем даже на коленях держала. Понянчить успела и звала меня интересным именем «Ийора», наверное, от того, что Юрий на старый лад - Георгий, пояснила позже мне моя мать.
Замуж за атамана
В девичестве моя прапрабабушка видной казачкой, наверное, была, коли сам атаман хутора Нижние Коробки в середине девятнадцатого века засватал Анну Орестьевну. Самого атамана Нестора Огнева по чьей-то ошибке, а, может, по святкам записали в церковной книге Федором, вот и дети его с Анной по жизни значились с таким отчеством. А было их в семье трое: Иван и две дочери Дарья и Пелагея. Вот дочери-то и доживали век со своей матерью вместе в старом доме в хуторе Нижние Коробки. Хотя слово век не подходит к моей прапрабабушке.
Прожила она 106 лет и до последних дней хранила ясный ум и твердую память. Нитку в иголку самостоятельно вздевала.



Атаман хутора Нижние Коробки Нестор Огнев с внуком Федотом Белоножкиным накануне Октябрьского переворота, внесшего в жизнь казачества террор и насилие.


Если фотографии Анны Орестьевны не дошли до нас, то фото ее дочерей сохранились. Пелагею Федоровну после смерти матери и сестры мы перевезли в Котово. Судя по старинным фотографиям была она очень красивой (припоминаются мне фото, где она в невообразимых для хутора нарядах и шляпках).
Первый ее муж Алябьев увез казачку аж на Дальний Восток. Путешествовала моя бабка не только по России, но и в Болгарию заглянула, где обосновался ее брат Иван Федорович Огнев с новой семьей, женившись на болгарке.
Мы в семье со временем с улыбкой воспринимали ее пожелание: «Мне бы хотя бы до маминых годков дожить», - повторяла Пелагея Федоровна. Бог отмерил ей немало - 93 года, не то что ее сестре, Дарье Федоровне, ушедшей из жизни в 75 лет. Вот о ней-то у меня особенные воспоминания, и вот почему.
Распространенная фамилия
Я знал, что фамилия Белоножкин довольно распространенная среди казаков Дона. Даже в небольшом хуторе Верхние Коробки было несколько семей с такой фамилией, причем не связанных родством. А один казак Белоножкин из Михайловского района даже в историю вошел, ранив в руку из винтовки комдива Василия Чапаева в его последнем бою.
Так откуда же мой род пошел? Все чаще задавался я вопросом. Оказывается, на Дарью Огневу положил глаз лихой казак донской из станицы Островской Михаил Иванович Белоножкин.
В последние годы уходящего девятнадцатого века решила молодая семья обосноваться в хуторе Верхние Коробки. Тут и дом поставили. В их семье родилось пятеро детей: 4 сына и дочь.
Когда я поведал своему сыну, откуда наш род пошел, он даже подивился: «Надо же, я, не зная всего этого, дал своим детям имена, как у основателей рода - Михаил и Дарья».
«А твой сын, мой внук Миша, является единственным продолжателем рода», - подчеркнул ему в разговоре. - У казаков был обычай: вдевать в ухо серьгу тому казаку, кто оставался единственным продолжателем рода. Таких на воинскую службу не призывали, а если случалось, то на опасные боевые вылазки не посылали и в атаку в первых рядах не ставили».
«Ну, с серьгами мы пока погодим, - пошутил сын в ответ, лучше побеспокоимся о еще одном продолжателе рода. И если родится, Бог даст, мальчик, имя ему дадим Иван, оно ходовое как я понял, а нашем роду».
Так оно и есть. Моего отца Иваном звали, такое же имя носил и мой прапрадед Иван Андреевич.
А вообще-то у казаков есть и необычные имена, как мужские, так и женские. В моем роду были Фаина, Марианна, моя бабушка. Казаков называли даже вот таким редкими именами: Вениамин, Венидикт.
Жуткая смерть
Трагична судьба моего прадеда Михаила Ивановича. Убийственная волна расказачивания не обошла его стороной. Вдвоем, с еще одним хуторянином, пытались они верхом на конях уйти от погони. Настигли беглецов по дороге от Верхних Коробков к хутору Нижние Коробки. И на косогоре раскроили обоим головы. От чьих рук принял жуткую смерть в 1921 году ее муж, Дарья скрывала от всех. Она боялась не столько за себя, сколько за детей, чтоб ненароком и их не накрыло страшное покрывало расказачивания.



Михаил Иванович Белоножкин, погибший в годы расказачивания.


Сильно опасалась казачка гонений от советской власти. Ведь могли бы и из хутора выселить.
Куда тогда с оравой детворы? Вот и молчала вплоть до гробовой доски.
В казаках не принято было учить грамоте девчат, а вот мальчишек отдавали в школу.
Хоть и поднимала Дарья одна ребятишек, но всех сыночков своих постаралась грамоте обучить. Старший Федот, мой дед, работал в кооперации, второй по старшинству, Павел, от секретаря сельсовета дошел до инспектора райфинотдела. И младшие Дмитрий с Данилой грамоту знали.
Дарья Федоровна слыла женщиной сильной, волевой. Детей своих воспитывала в строгости, учила взаимовыручке и уважению друг к другу, хотя сама была абсолютно безграмотной. Вот вам и темная казачка, каких детей воспитала.
Старинное фото
Еще в юности, перебирая пожелтевшие старинные фотографии в родительском альбоме, увидел на одной мальчонку в казачьей форме. «Глянь-ка, как на меня похож!» - подивился я своей матери. «Это не он на тебя, а ты на него, - поправила она меня. - Это же твой родной дед Федот в детстве».
Умер он рано в 1937 году, старшему сыну Ивану, моему отцу, было всего 13 лет. Туберкулез свел его в могилу, ставшим проклятьем не только для нашего рода, но повсеместно, поскольку лечения и прививок от него в то время еще не существовало. От него умерла и сестра Федота – Варвара.
Во славу Отечества
Казаки принимали участие во всех сражениях во славу Отечества. Их подвиги запечатлены и в храмах. Так, в храме Христа Спасителя, воздвигнутом в честь победы русского народа в Отечественной войне 1812 года, на одной из мемориальных памятных досок можно увидеть фамилии героев-казаков. Российские казаки отличались своей удалью и храбростью и на фронтах Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г.
Внесли свою лепту в общую победу над фашизмом и мои предки. Три сына Михаила и Дарьи Белоножкиных ушли на фронт с первых дней войны. Артиллерист Павел Михайлович командовал орудийным расчетом. Получив тяжелейшее ранение, он после госпиталя снова вернулся в строй, но уже, как истребитель танков, с противотанковым ружьем.
Второй раз на фронте смерть заглянула в глаза казака, и снова в госпитале его выходили после тяжелого ранения. Победителем пришел домой только осенью 1945 года.
Двум другим его братьям повезло меньше. Данил, отличавшийся необыкновенной силой на хуторе, перед войной работал трактористом. Его часть попала в окружение. В плен вместе с ним угодили еще четверо его земляков. На гнилой свекле долго не протянешь, а крепкий могучий организм Данилы требовал хорошей кормежки. Недоедание, а зачастую и просто голод подкосили его силы. Вскоре наши войска, разгромившие под Сталинградом гитлеровцев, пошли в наступление и освободили из лагеря красноармейцев.
Данил до дома не доехал и умер в дороге от истощения, о чем и поведали хуторянам другие пленники, чья судьба сложилась удачливее.
Участвовал в боях под Москвой и другой мой двоюродный дед – казак Дмитрий, где, сильно обмороженный, схлопотал вражеские отметины.
Осталась на память о нем только фотография, которую он прислал из госпиталя своей матери с подписью: «На долгую память мамане от сына Дмитрия. Город Казань. 10 июня 1942 года».
На радость матери он вернулся домой, но раны, полученные на фронте, и опять-таки злополучный туберкулез оборвали его жизнь после Победы.
Был защитником Отечества мой отец Иван Федотович Белоножкин, а его двоюродный брат Петр, сын Павла Михайловича, посвятил военной службе всю свою жизнь.
Он кадровый офицер, ныне подполковник в отставке. Интересно, что Петр Павлович продолжительное время служил в Германии, в г. Дрезден.
Поведав об этом своему отцу, услышал в ответ: «А я из этого города фашистов выбивал, не думал тогда, что мой сын, советский офицер, здесь будет службу нести…». В 1962 году ушел из жизни фронтовик Павел Михайлович, а его сына, живущего ныне в Котово, многие в День Победы видели на главной площади города.
В свои 92 года в парадном мундире он выделяется воинской статью и выправкой среди немногочисленных ветеранов войны.
Устои и обычаи
В раннем детстве, но особенно в подростковом возрасте я часто гостил у родственников в хуторе Верхние Коробки. Многое для меня было необычным в казачьем миру. Здесь как-то ярче и отчетливее проступали казачьи обычаи и устои, нежели в хуторе, где я жил с родителями.
Удивлялся их речи. Оказывается, у казаков отсутствовал средний род в словах. Если платье, то – «она», а полотенце (произносимое ими как «полотенец») – то «он». Окончания многих имен будто бы специально смягчались (Ванька-Ванькя, Манька- Манькя и др.). А некоторые выражения вызывали даже непонимание. К примеру, «хватит сикать…» (с ударением на последний слог) обозначало «…хватит злиться, сердиться…».
А вот песни казачьи слушать любил, хотя все они казались мне на один мотив, может, потому что мне еще в детстве «медведь на ухо наступил».
Странно было наблюдать, как ведут себя хуторяне за праздничным столом. Сидят за ним только казаки, а их жены стоят подле и подают новые угощения, убирая пустую посуду со стола. И лишь когда запоют за столом, тогда только подключаются казачки и начинают «дишканить», т.е. подпевать. Присматривался и к одеянию казаков. Штанов с лампасами в то время я не видел. В остальном одежда хуторян ничем не отличалась от той, в которую были облачены герои фильма «Тихий Дон».
Возродим казачество
А завершить рассказ о перегибах судьбы своего казачьего рода-племени, неразрывно связанного со всем российским казачеством, хочу на оптимистичной ноте. Только в 1992 году российское казачество как сообщество, подвергшееся террору и репрессированное в годы советской власти, было реабилитировано. Тогда вышло Постановление ВС РФ№3321-1 «О реабилитации казачества», которое постановило «…отменить как незаконные все акты в отношении казачества, принятые начиная с 1918 года в части, касающиеся применения к нему репрессивных мер…».
Сейчас многое делается для того, чтобы российское казачество приобрело новые черты. И
пусть данью памяти наших предков будет возрождение казачества. Нынешние казаки должны стать достойными продолжателями героической славы своих отцов и дедов. В воссозданном на Юге России Всевеликом войске Донском уже сегодня насчитывается около 10000 человек. И эта цифра будет неуклонно расти. Тем более, что в следующем году в стране будет отмечаться 450-летие служения Донского казачества России.
Tags: казачество
Subscribe

  • Чемпионат России по джигитовке 2020

    В конноспортивном клубе «Звездный» в подмосковном Щелково прошёл чемпионат России по джигитовке. В этом году из-за последствий…

  • Чемпионат России и мира по джигитовке

    Уже не первый год в подмосковное Лыткарино съезжаются спортсмены из стран ближнего и дальнего зарубежья, чтобы показать своё мастерство в…

  • Конный клуб строит новую базу

    Известный далеко за пределами Волгоградской области и нашей страны «Конный клуб имени генерала Бакланова Я.П.» в городе Суровикино…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments